У каждой книги есть своя последняя страница. Годы, проведенные на хоккейной площадке, проходят, все вдруг становится прошлым, и вы начинаете понимать, что начать легче, чем кончить.

Долгие годы человек ехал по дороге, имя которой «Хоккей». Ему казалось, что это будет продолжаться вечно, и он не хотел с нее сворачивать. Его жизнь называлась «Хоккей», и была она, как бурная река. То бешено рвалась вперед, клокотала и кипела, то замедляла свое течение в немногочисленных спокойных заводях. Но все время она выдерживала свое направление, спешила к широкому устью и через него — к своему концу.

Два слова — спорт и хоккей стали в его жизни синонимами. В спорте началась и продолжалась вся его сознательная жизнь. Без спорта он бы, наверное, жить не смог. Сначала спорт был его увлечением.

Он наполнил содержанием его досуг, дал ему много радостей и друзей. Это было еще в то время, когда он стоял в воротах без маски и самой дерзкой его мечтой было играть когда-нибудь за «Славию» на первенство города. Однако со временем его увлечение стало превращаться в упорную, тяжелую работу. Работу, которую он любил, которая его интересовала, но все же работу.

За любовь к хоккею пришлось и платить. Он вышел на свет из спокойной анонимности, лишился частной жизни, подолгу не видал жену и детей. Он познал нечеловеческие тренировочные нагрузки и людскую несправедливость, зависть и ненависть, горечь разочарования, смертельную усталость, страх и жестокую боль. Расплатился он со спортом и самым драгоценным — частью своего здоровья.

Не меньше, чем любому другому, ему хотелось сходить на танцы, в кино или в театр, посидеть в кафе или просто в дружеской компании. Но если его ждала тренировка, все шло побоку. Другие поступали наоборот. И они же годы спустя приходили и говорили: «Ну, ты живешь как бог, каждый тебя знает, у тебя машина, ты за границу ездишь». Да, именно так и говорили. Причем часто говорили те самые, кто имел те же возможности, что и он.

Он посвятил спорту всю свою жизнь. И поскольку посвятил себя ему без остатка, еще больше от спорта получил.

Спорт научил его стоически переносить несправедливости и неудачи. Спорт вылепил его тело и душу. Наделил его несокрушимым оптимизмом, здоровым честолюбием и волей. Дал ему возможность познать мир и лучше понять его. Дал ему общественное положение, славу, популярность. Позволил ему пережить огромную радость — мало что на свете можно сравнить с гордым сознанием, что ты чемпион, лучший в мире! Он убедился, что человеку нужно знать, чего он хочет, и все подчинить этому своему желанию. Только тогда он добьется успеха и будет доволен жизнью.

Он достиг почти всего, чего можно было достичь. Подобно миллионам других он прошел через хоккейные азы и бесконечно долгие ступени перехода из одной возрастной категории в другую. Потом стал игроком первой лиги. Пробился в хоккейную элиту и лишь в редких случаях не сумел стать опорой чехословацкой сборной. Он участвовал ровно в десяти чемпионатах мира и в двух олимпийских играх. На крупнейших турнирах мира по итогам голосования знатоков Иржи Холечек пять раз был включен в команду всех звезд — символическую сборную мира, и столько же раз директорат ЛИХГ провозглашал его лучшим вратарем чемпионата мира. До сих пор никто и никогда еще не получал такой высокой оценки. Трижды он завоевывал титул чемпиона мира и четырежды — чемпиона Европы. Президиум центрального комитета Чехословацкого союза физической культуры и спорта присвоил ему звание заслуженного мастера спорта, президент республики наградил его Орденом труда. Может ли кто-нибудь усомниться в его жизненном успехе? Если да, пусть попытается перекричать голоса наиболее компетентных людей. Как сказал идол заокеанского хоккея Бобби Халл?

«Я считаю, что Иржи Холечек — лучший вратарь в мире. Он лучше, чем Третьяк, Драйден или Плант. Он просто самый лучший».

Как сказал один из самых прославленных тренеров в мире Анатолий Тарасов?

«В мировом любительском хоккее Иржи Холечек вне конкуренции».

Последние турниры с участием хоккейных любителей и профессионалов свидетельствуют о том, что между ними, собственно, нет качественной разницы.

Как сказал его товарищ по команде Иржи Холик, хоккеист с внешностью киногероя, сыгравший в международных матчах больше, чем любой другой член чехословацкой сборной за все ее времена: «Холечек — вратарская звезда первой величины, не имеющая себе равных в европейском и мировом хоккее. Никто не может представить себе, какую уверенность внушает нам, полевым игрокам, его присутствие в воротах».

У артистов есть такой принцип: лучше уйти на год раньше, чем на минуту позже. И Холечек правильно угадал время. Свиста зрителей и насмешливого скандирования своего имени любой спортсмен боится больше, чем самой серьезной травмы. Кроме того, он чувствовал себя страшно изношенным. Да, настал момент, когда проверяется умение уйти вовремя. Что дальше?

Никаких стрессовых ситуаций — спокойное приближение к финишной ленточке. Три сезона в Мюнхене и Эссене. А потом?

Он часто пытался представить себе, что его ждет, когда он навсегда покинет хоккейные ворота. Ему казалось, что больше всего он хотел бы, наконец спокойно жить в кругу семьи, с детьми и женой. Но уже тогда он ясно отдавал себе отчет, что не сумеет расстаться с хоккеем на совсем. Он останется в хоккее. Как тренер. Лучший чехословацкий вратарь всех времен вырастит себе смену, передаст свой богатый опыт другим. Никогда уже трибуны не будут скандировать «Хо-ле-чек, Хо-ле-чек!», но его хоккейное настоящее и будущее заслуживает не меньшего признания.

Каждый из нас однажды придет туда, откуда можно лишь оглянуться назад. Иржи Холечек пришел к концу своего вратарского пути, но, в сущности, это еще не конец. Он всего лишь свернул на тренерский путь. Вчерашний день — он ведь не так уж важен, важен день сегодняшний. А завтрашний еще важнее.